Внешний человек

Внешний человек
«Человеком внешним» в традиции Спаса называют плоть человеческую. Глядя на то, как она  ветшает и изнашивается в течение жизни, подобно одеждам телесным, плоть, ...

Внутренний человек

Внутренний человек
ТРИГЛАВ ДУШИ И ОБРЕТЕНИЕ СИЛ Человек «нутренний» как прямое отражение Мира, есть совокупность и нераздельное единство трёх уровней и четырёх начал. Суть наша, - г...

Записки безумного или рассуждения о СПАСЕ

Перед началом Семинара.
Многие слышали о Казачьем Спасе. По их представлению Спас-  это  всего лишь   боевое искусство, искусство боя казаков- характерников.  Но эти познания весьма и весьма ограничены.    Казачий Спас- это наука о душе.                                                                                                                                                

       Жизнь- это горная река, со своими порогами, водопадами и водоворотами. И наша задача- идти по течению этой реки, никуда не сворачивая. Причем у каждого человека свое течение.       Общеизвестна  фраза  «плыть по течению». Её относят к людям, которые плывут (а не идут) по ЧУЖОМУ течению реки. Плыть по течению с этой точки зрения, это значит идти в направлении куда указывает чужая воля или сила, выполнять чужие задачи навязанные нам извне или обществом, или   друзьями, или даже нашими  родными.    Не надо путать.  Спас- это умение идти  ИМЕННО по СВОЕЙ реке, по СВОЕМУ течению.  У  Владимира Высоцкого есть прекрасная песня- «чужая колея». Так вот и у каждого из нас есть своя колея жизни. Как на неё выйти, и самое главное зачем нам это надо и подсказывает нам Спас. Спасу нельзя научить, ему можно только научиться.    Иногда люди лукавят, пытаются обойти пороги, водовороты, водопады. Но тогда их сама жизнь возвращает на прежнее русло, но делает это в достаточно грубой и жесткой форме. «Одного жизнь за руку ведёт, а другого волочит».   Пороги, водопады и другие жизненные трудности нам даны для их преодоления, чтобы наша душа получила свои уроки, свои победы. Спас говорит, что перед тем как родиться, мы заключаем договор на получение этих самых уроков, заключенных в трудностях и лишениях.            

           Но не все пороги или трудности преодолимы. На некоторых может окончиться наш жизненный путь. Но даже погибая, мы  получаем для души  именно то, для чего родились.  Еще одна из задач Спаса, подсказать и помочь научиться  человеку преодолевать  всевозможные лишения и опасности  с  наименьшими потерями для него самого и его близких.  Ведь если мы проходим эти  опасные (порой смертельно)  пороги жизни, то получаем дополнительные возможности и способности, чтобы идти дальше к нашей высшей цели.  Очеп- как называет эту высшую цель Спас.


Кавказ. Кабардино-Балкария.  Альплагерь.


                 Меня зовут Алексей, я студент 4 курса института. Мы на выходе из базового лагеря. Мы- альпинисты из нескольких городов  Советского Союза.  Делаем  друг другу руководства и собираем до кучи  вершины для записи в книжку альпиниста. Это в то время  было необходимым  условием для получения разрешения  на более сложные маршруты. Впереди маршрут 4 А.  Делаем руководство Сергею из Донецка, а себе запись в книжку. На этой промежуточной базе мы уже сидим несколько дней. Сделали с неё несколько вершин, поэтому  стали излишне самоуверенны, на некоторые вершины подходы совпадают.  Поэтому на эту вершину принимаем решение «сбегать» за один день, вместо двух  дней положенных  по описанию маршрута. По описанию маршрута необходимо бивуачное снаряжение, т.е. палатка, примус, само собой еда, дополнительные теплые вещи и т.д. Но если мы «бежим», то бежим налегке. Кроме шмоток на себе, снаряжения, плиток  шоколада у нас ничего нет. Мы- молодые  и «крутые».  Мы забыли, что с Горами нужно на «ВЫ», мы перешли на «ты», за что и были  наказаны.
Выходим в полной темноте. За три часа до начала восхода солнца. Подход известен, поэтому с фонариками вполне можно идти. Идем большой группой-  три связки по два человека, т.е. всего шестеро. С восходом солнца- уже подошли к леднику. Подъем идет удивительно легко и быстро. С такой скоростью мы вероятнее всего  успеем до вечера спуститься. Но у самой вершины погода неожиданно портится. Зависает грозовое облако, усиливается ветер. На связь с лагерем выйти не возможно, похоже глушат грозовые тучи.
Только в горах можно увидеть одновременно и грозу и шквальный ветер с мокрым противным снегом. Не знаем,  даже сколько времени, часы встали. С  прямохождения  приходится часто под действием ветра вставать на  четвереньки, вспоминая что человек произошел от братьев наших меньших. Для спуска на ледник крепим веревку за огромный   «чемодан» (большой  с  полКАМАЗа  камень). Первым спускается Сергей, за ним  … спускается кажущийся ранее незыблемым этот «чемодан». Как удержали   страховку Сергея не знаю. Кричим. В ответ  гробовая тишина. К счастью слово «гробовая» оказалось лишнее. Отойдя от «восторга», Сергей нас сам позвал. Подняли. Объятий не было, ветер (вежливо сказано) помешал. Все промокли, такое ощущение что побывали  где то в ледяной горной речке. Согреваться помогает только дрожь, дрожит все тело, руки, ноги. Идти невозможно. Видимость на расстоянии вытянутой руки. Определить пропасть или стена можно только ощупью, если пустота, значит пропасть. Ветер еще больше одурел. Стоять можно или на четвереньках, или крепко обхватив друг друга за плечи. Понимаем бесполезность и опасность  движения дальше. Что бы не замерзнуть,  выдвигаются (приходится  орать друг другу на ухо)  разные версии. Было даже предложение рубить пещеру в леднике, вырубить может не получится, зато движение - это жизнь. Спас нас мой земляк и тезка. Он предложил спуститься  в трещину между ледником и скалой. Об этих ледяных трещинах разные сказки и легенды ходят. В сужающуюся  трещину упадёшь, заклинит так, что без отбойника не вытащить, попав  в  трещину, которую расширяется книзу, можно просто разбиться. Ведь толщина ледника достигает несколько сот метров. Но выбора нет. Спускаемся.
Ботинки у всех не просто сырые. Такое ощущение, что вместо ног  кусок льда. Чтобы  ноги  не отвалились раньше времени, ботинки снимаем, и три пары вибрирующих ног ставятся вплотную друг к другу в уже замерзший  рюкзак. Температура как в леднике. Можно мясо хранить, не испортится. Значит  и  мы не испортимся.  По началу,  даже относительно   комфортно. Нет ветра,  мокрого жгучего  снега. Можно дышать не прикрывая рот и нос  свитером или платком.  Только ужасно холодно. Трещина  прежде чем уйти куда то на глубину, имеет небольшой уступчик, где смогли разместиться шесть человек. Дальше она срывается вниз, и глубину уже определить невозможно, да и не хочется. Я сижу с краю, около трещины  уходящей дальше вниз. По правилам, надо застраховаться: вбить крюк, через карабин и репшнур- самостраховка. Но навалилась такая усталость, что ничего не хочется. Даешь себе команду- если придется во сне падать, то  в противоположную сторону от  трещины. Засыпаем, хотя сном это назвать нельзя. Скорее дрема какая-то. Ощущение, что находишься на каком-то рубеже, границе двух миров. Слева хрипят ребята, справа …
                И здесь начинается самое интересное. Удивительно устроен человек. Ему даешь задание падать влево, он падает вправо. Просыпаешься в последний момент, думаешь- надо застраховаться- и опять погружаешься в дрему-сон. И вот уже не понимаешь, спишь или грезишь наяву. Из трещины появляется некто, с зелеными глазами и длинными черными холодными (не могу слово подобрать) щупальцами- клешнями. Он смотрит на тебя, черные холодные ледяные щупальца проникают в твое тело, и начинают медленно клонить тебя к трещине. Зеленые глаза  притягивают, манят, зовут и нельзя от них не оторваться, не закрыться. Ты понимаешь, это сон, надо просто быстрее проснуться, но … это не сон. Все также рядом сидят неподвижно ребята, и никто не видит, как это ужасное черное создание с зелеными глазами клонит тебя в свою сторону, что-то шепчет  тебе на непонятном языке, и ты уже не можешь не сопротивляться, не отвергнуть его, язык  превратился в камень, ни на помощь  позвать, ни молитву  прошептать. Все больше осознаешь, что ты себе уже не принадлежишь. Начинаешь забывать, кто ты, зачем ты здесь. Холод прошел. Становится  спокойно, хорошо, уютно. Все мысли, все какие-то глупые прошлые проблемы, куда-то улетучились; тебя уже ничего не волнует. Тебе настолько хорошо, как никогда не было. Тела нет. Вместо него…  да и не нужно уже никакое тело. Становится настолько хорошо и здорово. А зеленые глаза все чего-то шепчут. А черные щупальца, все тебя куда-то тянут. Но ты уже не сопротивляешься. Ты уже сам готов нырнуть вместе с этим прекрасным, прелестным созданием.
Вдруг ощущаешь, что кто -то вмешивается в твою идиллию. Хочется послать его подальше, хочется нырнуть за этой черной прелестью, только не покидай, возьми меня с собой… Слышится  человеческий  голос: «Да он не дышит, Алексей, Алексей !!!» Кто-то бьет по щекам.  «Живой!  А мы уж думали, что ты Богу душу отдал. Какой-то каменный и ледяной. Наклонился так, что просто чудом не упал туда, в трещину». Открываю глаза. При тусклом свете фонарика начинаю ощущать какие-то темные силуэты.   Опять сиплый  голос:  «Ветер вроде стих. Пока не замерзли окончательно, нужно идти». В голове лёд. Самое трудное в ситуациях, когда замерзаешь, это думать и принимать решения. Беру свои трикони (это ботинки с шипами-триконями). Они оказываются на два размера меньше. Кто-то мне их подменил. Я знаю- кто. «Это тот, с зелеными глазами. Уж  у него наверняка, внизу, целые склады снаряжения, шмоток и  всего другого. У него там есть и современные вибрамы (ботинки), и теплые претеплые свитера, и пуховики и перовки, и теплые шерстяные носки. И много-много других драгоценностей. А он, гад, воровством занимается. Ну зачем ему мои ботинки, зачем мне чужие ботинки на два размера меньше». А ноги никак не хотели втискиваться в эту ужасную обувь. «Награбил, мерзляк зелёный. За сотни то лет».                                                                                                                                                                       Пытаюсь разморозить хотя  бы  одну извилину, что бы понять, как же  надевать  эти чужие ботинки скрюченными и ничего не чувствующими руками.        
Поднимаясь из трещины, я не удержался, и, оглянувшись, показал язык этому, с  зелёными глазами.
Мы, шесть похожих на людей существ, спускаемся вниз. Всё делается  на полном  автомате. Тела не чувствуешь. Плетёшься, и слава Богу. Навстречу группа. Слышится вопрос:  « …ребят  тут  группа пропала. В двух  альплагерях  остановили все восхождения. На спасработы вышло несколько поисковых  групп. Где же их искать, где же эти черти..»  Мы мычим, что эти черти, это мы. В ответ слышится брань. Мы конечно понимаем этих людей, которые вместо плановых восхождений, должны идти кого-то спасать,  но зачем так-то.  Вдруг  после этой встречи, тело начинает оживать. Начал ощущать руки, ноги, дурную голову. Появилась боль в ногах, значит живые. Второй группе «спасателей», мы не стали говорить, кого они спасают.
Прошло более  четырех суток  с нашего возвращения. Более суток спали. Далее лечились, мазались, кололись. Все обошлось.  Ноги конечно сильно опухли, ужасно красные. В некоторых местах сошла  кожа, потянул сухожилия, и там еще чего-то, но это все ерунда. Врач обещал, что ходить буду, может даже в горы. Врач так же сказал, что  до свадьбы заживет. Вот  только  сколько  времени ждать «до этой  свадьбы», не сказал. Сегодня вечером комиссия. Мы уже знаем- вершину нам не засчитают. Схватили «холодную». Это значит без бивуачного снаряжения. Но нас это мало волнует. Есть вещи поважнее.
  Ковыляю по дорожке.  Мне прописан постельный режим, но никакая сила не удержит меня в палате. Настроение приподнятое. Радуюсь всему, чего меня окружает:  небу, солнцу, деревьям, всем встречным. Тело, хоть и ноет, но натянуто, чуть не звенит от восторга. Оказывается, как прекрасно наше солнце. Нет ничего лучше на земле. Это какое же счастье любоваться этим чудным солнцем, этим прекрасным  голубым  небом. Как же я люблю все окружающее меня. Какие-то прошлые проблемки, тяжелые мыслишки и все остальные глупости отодвинулись куда-то в небытие. Как же жизнь прекрасна. Просто идти, дышать и любоваться, больше ничего не надо. Навстречу идет симпатичная, миловидная девушка. Я предложил ей её поцеловать. Она шарахнулась в сторону и покрутила пальцем у виска. Неужели я такой ужасный  и странный: опираюсь на какой-то костыль, на ногах какие-то непонятные тряпки, из за которых выглядывают бинты, кисти рук перебинтованы, физиономия  какая  то серая  и небритая,  щека ободрана.  Но в тоже время на лице  улыбка до ушей, глаза полны какой-то чумной радостью. Так конечно же. Я просто люблю весь белый свет. Я поднял  голову вверх и обращаясь ко всей Вселенной вдруг  закричал: « Я…ЛЮБЛЮ!!!  Я…  ЖИВУ!!!»                                                                                                                                                 
Семинар. Игры.


               Игра кошки-мышки. Играющие образуют круг. Внутри круга два человека, один из них кошка, другой мышка. Задача кошки поймать мышку, т.е. дотронуться  до неё (мышки) рукой; задача мышки соответственно убежать. Кошка- хищник, агрессор, хозяин положения; мышка- жертва, оказавшаяся в ненужном месте, в ненужное время. Задача мышки, спасаться бегством, а именно, забежать за чью-то спину, и оставшись в кругу выпустить вместо себя уже кошку. Старая же кошка должна мгновенно превратиться в  мышку, и спасаться бегством. И таким образом по кругу.
Внешне простая детская забава. А если задуматься, то в этой простой игре просматриваются принципы Спаса. Превращение кошки в мышку, охотника  в жертву. Это внешне кажется легко, на практике же не все успевают преобразиться, мешает инертность мышления. Один мир-мир кошки- должен умереть. Умереть  со всеми своими целями, желаниями (поймать  во что бы ни стало). Рождается другой  мир- мир мышки. И всё это в мгновение. Мышка как  жертва может быть даже не совсем правильное определение. Сколько раз в жизни нам приходится не идти напролом, а  огибать, обходить препятствие. Не просто уступить грубой силе, а переиграть её, использовать её в своих целях. В этой «детской» игре тренируется способность мгновенно меняться, в зависимости от внешних обстоятельств, приспосабливаться к окружающей  среде.  
Другая похожая игра. Дети называют её: селезень и лисонька. Тяжесть и легкость. Условно селезень тяжелый, лисонька- лёгкая. Главное в этой игре, по команде научиться  мгновенно переходить из состояния тяжести в состояние лёгкости, и наоборот.
Эти детские игры являются основой для других более серьёзных игр. Тренировка  «умения мгновенно меняться» применяется  и  в  бойцовых играх, которые активно используются при подготовке  воинов.

                                                                                                                                                                          
Городская онкологическая больница.


              Уже третий час идет операция. Рак желудка. Операцию делают родному близкому человеку. Ему восьмой десяток. Определили рак случайно, значит вовремя, значит есть шанс. У пожилых людей замедлены все процессы в организме. В том числе  и раковые клетки должны развиваться медленнее. Нужна ли эта операция? Выдержит ли он её, выдержит ли голова наркоз?  Бывали случаи, что у пожилых людей после наркоза  голова «едет», человек становится  не адекватным. Но отец сам принял решение на операцию. Это его выбор.
Рядом перед операционной  стоит печальная женщина лет шестидесяти. Спросила, кому делают операцию.  Потом вдруг сказала: «Я Вам завидую…». Было очень странно это слышать. У меня даже смешались мысли. Чему завидовать? Тому, что человек под  ножом?  Она,  видя мое недоумение, пояснила, что у её мужа тоже рак, но он прогрессирует  очень быстро, буквально за четыре месяца поразил весь организм. Хоть она и врач, но всё-таки пропустила этот момент. И теперь метастазами поражены все внутренние органы.  Мужу  отказали и в  операции и в химической терапии. «У вас есть надежда, у нас её нет». «Вера, Надежда, Любовь». Как много для человека значат эти слова. НАДЕЖДА. Да, пока у нас она есть.
Реанимация проходила тяжело. «Ехала» крыша. Воспалилась поджелудочная железа, желчный пузырь,  и ещё что то, чего не хотели врачи  говорить. Высокая температура.  «Возраст, чего Вы хотите?»  А за окном- весна.
Перевели  в палату через семь дней.
 Даже среди  больниц,  онкологическая  отмечена  особой печатью. Серые старые стены, низкие гнетущие потолки, как во время войны-люди, со всевозможными ранениями. Посещать больных можно в любое время. А на стенах- страх, в виде черного паука, который опутывает своей липкой паутиной  все, что только возможно. С этим пауком я встретился сразу, как только вошел вместе с отцом в хирургическое отделение. До операции отца этот паук двигался за мной следом. Сидел рядом со мной, усмехался, ковырял мохнатой черной лапой у себя в носу. Он был страшно черный и огромный. И чем больше боялись, он становился огромнее и огромнее, все наглее и наглее.
                   Паук стал пропадать после операции, когда смирились с мыслью, что есть, то есть. Когда больница не стала казаться такой страшной и убогой, когда увидели среди оперированных людей улыбки (как ни странно это звучит), уверенность и спокойствие. Они приняли жизнь такой, какая она есть. Они не прекратили борьбу, они просто перестали излишне волноваться. Перестали рассуждать о том, что и так понятно. Паук появлялся с появлением только новеньких, которых ужасала предстоящая операция.
Операционное отделение находилось на  третьем этаже, на втором находилась поликлиника. Когда приходилось туда спускаться в аптеку, то там поражало количество и размеры черных пауков страха. Они и их паутина были повсюду, на потолке, полу, стенах.  Они ползали по людям, сидели у них на головах, на лицах, на спинах. Было такое ощущение, что здесь, на втором этаже, находятся новобранцы, которых только призвали и они просто трясутся и умирают от страха неизвестности. А на верху, на третьем этаже, находятся ветераны. Они уже прошли бои, и их уже невозможно ничем  напугать.
                Страх бывает разный. Есть страх, который заставляет нас действовать, мгновенно принимать решения. А есть такой, онкологический (не обязательно у онкологически- больных людей), который стопорит нас, тормозит, заставляет впадать в панику. Заставляет умирать, будучи ещё живыми. Необходимо перейти этот рубеж, прожить его, подняться выше себя самого, пусть даже на третий этаж. И не только те люди, пережившие это страшное заболевание, становятся сильнее. Но даже близкие этих людей, сопереживая с ними, тоже переходят какой -то рубеж, тоже получают уроки  для созревания души.
Пять ночей я провел с отцом в  палате. Больница уже не казалась   такой страшной. Она стала на это время…домом, с болью и  надеждой, неуверенностью и силой, смертью и жизнью. Черный паук  страха в нашей палате больше не появлялся.

Семинар.


Часто ли люди впадают в депрессию? Да и что такое депрессия. Если после каких то неудач, после смерти близких людей человеку «свет не мил», не хочется жить, ничего не радует. И антидепрессанты не помогают, что же тогда делать.
Очень часто нам мешают жить запреты. Некоторые запреты идут извне, от общества, друзей, родных или же от нас самих. Да, мы иногда  и сами на себя налагаем некоторые запреты.  Допустим, связываем свою жизнь с уже «ушедшим в мир иной» человеком. Его нет, и вроде бы и нам не стоит жить. Перед  смертью по болезни  «ушедший»  не мог  есть, значит и нам не стоит принимать пищу. В  таких случаях говорят,  что умерший тянет за собой живого, и,  как не печально,  у него иногда получается.  Близкие люди бывают уходят один за другим. Особенно это часто наблюдается у пожилых семейных пар. Но не только смерть близкого человека, но и  жизненные неудачи бывают  дают  такое состояние.    Это состояние можно назвать  ЗАПРЕТ НА ЖИЗНЬ.
Как из него (из этого состояния)  выходить без современной лечебной химии и других медицинских современных практик. Владели ли наши предки нечто подобным. Оказывается да.
Подобная практика по Спасу очень проста. Вы говорите свои желания, а Вам в ответ одно резкое, но весомое слово «НЕЛЬЗЯ!!!».
- Я хочу пить. – НЕЛЬЗЯ!!! – Я хочу мороженное. – НЕЛЬЗЯ!!! - Я хочу гулять. – НЕЛЬЗЯ!!!                                    -Я хочу летать. – НЕЛЬЗЯ!!!- Я хочу вырваться от вас!- НЕЛЬЗЯ!!!                                                                                        - Вы мне надоели, убирайтесь!!!  - НЕЛЬЗЯ!!! –Да что это такое. Когда Вы исчезнете!!!- НЕЛЬЗЯ!!!                                                                
Здесь приведено  маленькое количество  подобных вопросов. Такой диалог может продолжаться достаточно долгое  время. И вот у человека возникает протест в  груди.  Внутри он возмущен. И вот когда возмущение достигает предела- он слышит в ответ: -« МОЖНО!!!»
-Я хочу летать!!! - МОЖНО!!!- Я хочу жить!!! –НУЖНО!!! – Я  БУДУ ЖИТЬ!!!- ДОЛЖЕН!!!                          Должен  перед собой, перед Богом, перед жизнью. Запрет на жизнь снят.

Горный Крым.


             Ноябрь. Крым. Я вишу на стене, на веревке. Именно вишу. Если ноги не упирать в скалу, то вис будет полнейший. Вверх по верёвке метров тридцать, вниз до тропы метров семь, вправо (если лицом к стене), до начала этой же тропы метров пятнадцать. Стена вертикальная, с отрицательным уклоном. Отрицательный уклон- это значит, если бросить верёвку, то она будет все  дальше и дальше отдаляться от стены. Вверх, по верёвке, за перегибом стены-  ребята.                       Вообще сегодня день отдыха. Мы приехали  в горный  Крым  на ноябрьские праздники. С жадностью набросились на скалы, и вот уже несколько дней  лазаем  до изнеможения. Сегодня день отдыха, но мы решили прогуляться, втроем, с одной 30-метровой веревкой. Точнее выбрать завтрашний маршрут.  Прогулялись. Вот так всегда, как начинаешь относиться несерьезно к некоторым серьезным вещам, всегда что-то происходит. Вот я и вишу сейчас на скале, вместо того, чтобы сидеть у костра и, попивая  ароматный крымский чай, слушать песни под  гитару.
В принципе было бы все нормально, если  бы не одно но. Мы не дошли до места подъема-спуска всего пятнадцать метров. Именно этих пятнадцати метров, которых не хватает мне до тропы. Мы сбросили эту 30-ти метровую веревку, и я первым спустился по ней (из-за перегиба было не понятно куда спускаюсь), и завис. Пятнадцать метров это так мало внизу, и так много когда висишь на скале.
Смеркается, путь или вверх, или вниз, или траверс  вправо. Путь вверх закрыт. Ребята меня не вытянут, а я на одних руках сейчас по 12-мм верёвке 30 метров не вылезу. На тренировке  вылезал, но не сейчас. Сказывается усталость предыдущих дней, и так все тело ноет. У меня нет ни жумара, ни кулачка, ни второй петли из репшнура.
Путь вниз. Семь метров. Только прыгать, но внизу не мягкая земля с травкой, а каменная тропа с изменяющейся шириной-  от ширины  стопы до полуметра, с нападающими на неё острыми маленькими и большими камнями. Перелом пяточной кости или полностью обеих ног обеспечен. Если пролететь тропу, то там  перспектива ещё печальнее.
             Траверс  вправо. Удивительно, но на этом участке, именно на этом участке нет зацепок. Хоть и не «бараньи лбы», но зацепок нет. Да ещё отрицательный уклон. Даже не получится зацепиться за скалу.
Надо принимать решение. Ребята из-за перегиба не слышат. Это как в русской присказке: «Ты куда ходила?»;  «Петуха купила». На них надеяться бесполезно. Прыгать вниз- ноги переломать. Траверс вправо- из разряда научной фантастики. Вверх- безполезно. В лагере мы вообще никому ничего не сообщили, да и не собирались никуда лезть. Пошли просто разведать подход на  завтрашний день.
Но решение надо принимать. В данной ситуации надежда только на самого себя, помощи ждать неоткуда.  Смеркается всё больше и больше. Ухожу в себя. Отключаюсь от внешнего мира. Ничего больше не существует,  только Я и СКАЛА, точнее участок стены до начала тропы. Не могу понять, то ли стена вошла в меня, то ли я вошел в её мир. Не важно. Я и эта стена одно целое. Я ощущаю даже её дыхание, даже ритм сердца у нас совпадает. Стена дышит, стена живёт. Говорят на ипподроме, на скачках, выигрывает тот, кто может подстроиться под ритм коня. Так и здесь, Я и СКАЛА- одно целое. Мы должны слиться друг с другом, мы должны стать одним целым. Стена, скала не только живая, но она имеет и свой характер. Я даже имя ей дал –«Дикий». Почему же «Дикий», если скажем  стена или скала женского рода? Да потому что передо мной дикий, необузданный жеребец, могущий в любой момент взбрыкнуться, встать на дыбы, скинуть, растоптать меня.
И вот я принимаю решение: «Траверс верхом на «Диком». Жаль нет сахара. Я погладил его, сказал ласковые слова. Отцепляясь  от верёвки мелькнула мысль- « вот бы неплохо  стать невесомым, или хотя бы  уменьшить свой вес».  Далее я ничего не видел, не слышал, не ощущал. Внешнего мира не существовало. Его просто не было. Был только Я и  был «Дикий».  В себя я пришел уже на тропе. Я смутно понимал, как я  очутился здесь. Было такое ощущение, что только что мне приснился какой-то странный и непонятный сон. Толи я бежал по воздуху вдоль стены, взмахивая  ногами и руками;  то ли меня нёс на себе какой -то странный жеребец, вороного отлива с  рыжими  пятнышками мха на боках.
Наконец  стал приходить в себя. Сверху отдалённо слышались крики. Потом узнал, что  сверху сошли камни, их  то ли  ребята нечаянно задели, то ли  камни сами решили развлечься, не знаю. Просто я ничего не слышал и не видел. Неожиданно для себя  во всю глотку  закричал: «Там не спуститься, идите дальше».  Ребята услышали.
На другой день я пришёл на это же место. Осмотрев  стену, убедился, что скала действительно очень гладкая, без видимых даже маленьких трещин, да ещё имеет отрицательный уклон. Простым лазаньем, без применения технических средств, не пройти. Я знал мастеров, фанатиков скалолазания, людей-пауков, как сейчас говорят. Даже они здесь не пролезут. И я никогда больше здесь не пройду. Этот короткий маршрут обычным лазанием просто не проходим. Положив сахар у основания стены, я погладил  камень.  Спасибо тебе «Дикий».


Семинар. Обряд.


Мы уходим от огня по одному, из света в тьму. Это обряд перехода в волчье состояние, состояние зверя. Уходим обнаженные по пояс, с ножами-клыками в руке. Уходим в незнакомую местность, в темноту, на склоне крымской «горы».
Сама по себе темнота и незнакомая местность настораживает. Обостряет чувства, слух и зрение, сосредоточение, тактильные ощущения. Так что такое состояние, поначалу никак нельзя было связать с обрядом. Да и на выбранном направлении, то тут- то там,   попадались «братья-волки». Не так уж много и прошел, как встретил «Сурового». Поднимаясь вверх, услышал волчий вой. То выл «Матёрый». Потом и сам появился. Спускался со склона, глаза горят, взгляд устремлен вперед, в руке поблескивает нож. Походка  настоящего матёрого волка. Потом на спуске появился и «Лохматый».  (назвать волков, пусть и в человечьем обличии, человеческими именами- я не решился.) Остановился, хотел что-то проурчать, но передумал, потряс головой, и рысью пробежал дальше (и волки бегают рысью).  Везде одни волки.  «А я то зачем  в волки  подался -  выть и то не умею»
Прямо питомник  какой то волков. Если бы  знал, что  один, то такие встречи, и понятно вой, просто бы насторожили. А тут зоопарк с искусственными зверями получается. Особенность и предназначение обряда как бы исчезала.
Принял решение, что бы уйти от ребят- зверят, сделать траверс по западному склону. Попытаться остаться одному.
Не знаю, сколько времени передвигался, но вдруг вышел на конюшню. Около коней в загоне стояли два охранника, и крутили головой. Ну думаю, сейчас пройду мимо них, да и назад к ребятам, к огню…  И вдруг осенило. Как идти. Рядом с ними, по дороге. Как запоздалый турист, с ножом в руке  и с голым торсом. Нет, на туриста не похож. Можно конечно пройти быстрым шагом, а то и пробежать. Но … внутри всё запротестовало. Я понял, что не смогу , что не смогу так просто убежать, не пробежать мимо, если  вдруг охрана вздумает заинтересоваться мною. Скорее пойду на них с ножом в руке. Я и только Я сегодня ночью здесь Хозяин… Но вроде в планы человека, не зверя, это не входило.  Пришлось идти верхом, не убегать и не прятаться, а невидимо передвигаться.  И вдруг, находясь над конюшней, возникло неожиданной желание соединить свое внутреннее «Я» (оно все более и более заявляло о себе) с внешним «Я» пространства.  Не сильно, чтобы не распугать окружающих, зазвучало: «Я-я-я…».   «Я-Я-Я»- вторило окружающее пространство.  «Я-Я-Я…У-У-У»   И вдруг неожиданно  звук «Я» перешел в звук «У».  «У-У-У»- звучало уже внутри. «У-У-У»- звучало снаружи.   В глазах блеснули зеленые огоньки.               Захотелось завыть в полное горло:  «У-У-У». Завыть так, что бы от этого звука затрепетали кони, прижав уши. Что бы забегали люди, в испуге оглядываясь вокруг. Что бы утром активно обсуждали во всей округе- «…откуда же здесь появились волки?»                                                                                                                                     «У-У-У»- хотелось выть так, чтобы вся живность вокруг  почувствовала появление ночного властелина.                                                                                                                                                                           «У-У-У»-  звучало в волчьей груди. «Я-Я-Я»- звучало в человеке.  Человеческое «Я»- перебороло. Пришлось убрать внутрь, временно запрятать волчью песню.   «У-У-У»- осталось звучать внутри. Изменилась походка, стала мягкой и быстрой, появилась звериная осторожность, чувство окружающей местности.  Ещё больше обострились зрение и слух. Глаза  всё ещё блестели зелёным огоньком. Я всё-таки стал волком. «У-У-У».
Вдали показалось пламя костра. Я выходил из тьмы, входил в свет. Заканчивалась моя короткая волчья жизнь. Я выходил к свету.

ПОЗДНЕЕ, ПОСЛЕ  СЕМИНАРА,  я решил повторить, если не обряд, то хотя бы вспомнить состояние перехода. Передвигался  в ночном лесу, в полной темноте,  по едва различимой (скорее ногами) тропинке, как полагается с ножом в руке. Все как обычно. Вдруг сзади- слева раздался резкий громкий крик хищной птицы. Как хлопок. Неожиданный  взрыв   произошел во мне. Есть такая фраза: «… волосы встали дыбом». Волосы остались на месте, но такое ощущение возникло в районе глаз (нижняя лобная часть), особенно в межбровье. Тело собралось внутри. Эта собранность не удержавшись внутри, вытекла наружу, собралась вокруг в виде клина- большая часть впереди. Не то, что бы воздух уплотнился- а именно какая то сила опутала меня. Эта сила была внутри, снаружи. Удивительно, но внутри не было напряжения, а появилась какая -то плотность, вязкость. Ощущалось  могутность тела, власть над окружающим пространством. Было ощущение, что готов пройти сквозь стену, если она неожиданно возникнет  впереди меня.  В таком состоянии хорошо идти  в бой.


Чечня. 1995г.


«ВОГ»- выстрел осколочный к гранатомету. «ВОГ-25»-  для  подствольного  гранатомета            («ВОГ-25П»- прыгающий), «ВОГ-17»-для автоматического («АГС»).
Мне достался «прыгающий». Я в пустой комнате, в чужом  брошенном доме.  Серебристая граната-попрыгунчик  отрезала меня от спасительной двери и окна. «ВОГ-25П»-«прыгающий», ужасное сочетание. Время для меня остановилось.
Сейчас  серебристая тварь  взметнется в воздух, метра на два, и обдаст меня тучей смертельных осколков, от которых не укрыться, не убежать. Бежать правда есть куда, к двери или к окну. Мое тело- как заведенная стальная пружина, дай команду, побежит так, что олимпийские чемпионы позавидуют. Но у нас с серебристой игрушкой разные весовые категории, не соперник я ей по скорости. Не смогу я соревноваться  с этой маленькой машинкой зла, достижением злого человеческого гения. Можно попробовать, но не успеть. Пусть перескочу через неё, да ударит она  по затылку да по спине железным веером, по телу живому. «Только вспышка смертная в глазах, только фонтанчики от осколков да брызги крови». Ну уж нет. Если уж и принимать удар, то в лицо или в грудь. Как и полагается воину на поле боя, но не в спину. Глупо конечно. Чихал я  безусловно на все эти понятия, но некуда укрыться и нет времени бежать.
И тут я увидел её. Точнее её глаза. Эти глаза не выражали ничего, ни любопытства, ни насмешки, ни ненависти, ни любви. Они просто смотрели на меня. Было ощущение, что на меня смотрит бесконечная пустота, без всяких чувств и желаний. В глазах была огромная всёпоглащающая пустота. Пустота, которая заставляет тебя забыть свое имя, откуда ты, зачем ты здесь. Эта пустота была бездной, в которой ничего нет и быть не может. Это были глаза смерти. Вы задумывались какого цвета глаза у смерти. Кто то наверное скажет, что они самые самые черные. Он сильно ошибается. У смерти нет цвета глаз. Никакого. У неё вообще ничего нет. Ни цвета, ни запаха, ни звука, даже никаких чувств. У неё нет ничего. В этих глазах нет самого главного- в них нет жизни. Я чувствовал, что пустота бездны поглощает меня, ещё немного, и я забуду и себя и весь этот мир.
Глаза врага. Вы видели когда либо взгляд настоящего врага. Это взгляд ненависти, злобы, взгляд ярой силы. Этот взгляд готов Вас уничтожить, сжечь. Этот взгляд-  взгляд  жизни. Сейчас я понял, почему говорят, полюби врага своего, как самого себя. Разве можно не любить то, что дает Вам жизнь. Возможно, после такой встречи, Вы будете покалечены, даже уничтожены. Но какой огонь жизни получит ваша душа. Только такой огненный взгляд может вас завести, поднять, подбросить, заставить взорваться и действовать. Глядя в глаза смерти я мечтал тогда об этом огненном ненавистном взгляде, как мне его сейчас не хватало. Вместо этого на меня смотрела пустота, уничтожающая все чувства, все желания. Я давно уже потерял и чувство времени и пространства. Я начинал терять себя.

А может ли быть что -то сильнее ненависти. Это глаза любви. Глаза действительно любящего Вас  человека. Именно эти глаза, именно эти чувства спасали бойцов на  войне, вытаскивали их из бездны.  А можно ли толпой любить? Если Вы вдруг  увидите нечто похожее, то это скорее  всего футбольный фанатизм. А вот ненавидеть толпой можно. Да ещё как. Не дай Бог, Вам оказаться в центре такой злобы и ненависти. У Вас начинают нагреваться и плавиться металлические пуговицы, мостовая из камня под вами превращается в расплавленное месиво. Если взгляд врага это огонь, то взгляд ненавидящей Вас толпы-  это бушующее пламя  в доменной печи. Он Вас обжигает, под её воздействием у Вас внутри сгорает всё лишнее и ненужное, что было и есть в настоящей жизни, под этим взглядом у Вас обнажается душа. И пусть Вам повезёт, пусть Вы выживите в этой ситуации.
Глаза смерти так же неожиданно исчезли, как и появились. То ли молитва  помогла, то ли образы моих  близких и родных, появившиеся перед глазами, заслонили меня от  неё. Не знаю. Но граната- попрыгунчик  не взорвалась. Ребята потом скажут, что просто повезло, любая техника иногда к счастью подводит. Но я знаю, все дело не только в технике.
Я сидел на полу. Тело всё сжато, рук и ног не чувствую, по лицу  и спине струится холодный липкий  пот. И всё-таки я жив.
Глаза ненависти, глаза любви. Нет ничего лучше в нашей жизни. Самое страшное, это встретить равнодушные глаза. В этих глазах бездна, в этих глазах смерть для души. Бойтесь равнодушных глаз.


Семинар.


          Выше было сказано о взгляде ненавидящей Вас толпы. Семинар- это лаборатория подобных состояний. Только это всё проигрывается не в настоящей жизни, а в игре. Опишу одну из таких игр.
Смысл игры заключается в следующем. В центре толпы, образующих круг, находитесь Вы. Все слова нашей речи несут определённую смысловую нагрузку. Сейчас Вы узнаете какая смысловая нагрузка в слове «ФУ».  Окружающие Вас люди начинают тыкать одновременно в Вас пальцами, и кричать с чувством нелюбви к Вам в лицо это простое слово «ФУ!»А Вы поворачиваетесь по кругу и смотрите каждому в глаза. Сколько интересного Вы  увидите в этих глазах. Сначала  Вы улыбаетесь, какая забавная игра. Потом Ваше лицо начинает  предательски дрожать. И вот у Вас уже текут слезы. Как так, за что?
         Эта игра слабое подобие (хоть  и донимает)  того, что можно испытать находясь внутри ненавидящей Вас толпы. Но как говорит Спас, это Ваш и именно Ваш урок, и  Вы его должны пройти. Конечно, если жизнь Вам его предоставит.  Специально искать не стоит.
Заключение
         В Спасе не принято делать заключения и выводы. Сделать вывод, подвести итоги- значит омертвить. Поставить точку над чем-то и превратить это нечто просто в мертвый камень. Не будем делать выводы и мы.
 В начале статьи был заголовок «Записки безумного …»  Я слукавил. Безумный, по мнению Спаса, это  человек живущий по велению души с открытым сердцем. «Звание  Безумного» ещё заслужить надо. Насчет рассуждений о Спасе то же лукавство. Спас- это в первую очередь жизнь. Что бы рассказывать о Спасе, к этому надо быть готовым, это надо уметь.  Да и рассказать лучше, или хотя бы близко к тому, как это делает Олег Валентинович Величко, не представляется возможным. Если хотите услышать подробности о Спасе, надо просто встретиться с ним. Оду петь Олег Валентиновичу не буду. Он и сам своими беседами  неплохо поет. Просто хочу сказать, что после сближения со Спасом, после знакомства с Олегом   Валентиновичем, многие поступки людей, раньше вызывающие в нас  гнев, обиду будут представляться как обычные детские шалости. Хотя эти шалости   бывают порой грубые и жестокие.  Вы сможете видеть мир другими глазами. Так как

         Вам хочется. Можно видеть вокруг всё в серых и черных тонах, как в  дождливую погоду осенью. А можно, несмотря на окружающую обстановку, как весной, когда всё распускается, цветет, растет. Когда жизнь сама к тебе подкатывает и кричит: «… живи, живи, радуйся!!!» Когда радуешься и наслаждаешься всем, что видишь и слышишь. Когда живёшь как в доброй русской сказке, которую сам себе создаёшь и рассказываешь. Наши предки умели видеть окружающее так, как они хотели. С загадочными и волшебными существами, злыми и добрыми, волшебниками и  чародеями, с лесными жителями, непохожими на людей. Каждое дерево, трава, животное имело свой характер, свой дух. Наши предки верили в домовых, русалок, леших. Кстати, говоря, насчет «Лешаков». Если Вы заблудились в лесу, найдите большую ель, и укройтесь под её могучими ветвями. Можете считать, что Вы в  гостях у «Лешего». Поверьте, «Леший»  очень гостеприимный хозяин. Горячего чаю он Вам конечно не предложит, но от злых лесных духов укроет, да и развесистые ветви ели защитят Вас и от непогоды и  от холода.     
Коротко о семинарах у Олега Валентиновича Величко. Это конечно в первую очередь работа, если Вы хотите чему -то научиться. Но это и захватывающая, увлекающая игра. Играет и сам Олег Валентинович, играют все. Игра- это способ открыть душу, освободиться от мешающих нам всевозможных дум и переживаний. Игра- это возможность найти себя. Ведь мы живем в мире, который не только постоянно меняется, но и стремиться нас  поглотить, навязать нам свое мнение, свою  колею.  Вы задумывались, какими ценностями Вы живете, какие поставлены цели в вашей жизни. Ваши  ли это цели, Ваши ли это ценности? Поставьте себе вопрос «Зачем?»  Может все и станет на свои места.
Если Вы ничего не поняли из вышесказанного, обращайте  к Олегу Валентиновичу Величко, он  Вам разъяснит. Но не спрашивайте, как Вам жить, человек должен сам принимать решения.
Ну а дальше как в русской сказке: « И я там был, мёд пиво пил, по усам текло, да в рот не попало»

 

 

Комментарии 

 
0 #1 elena 06.09.2013 20:48
Как здорово читать свои мысли, свои переживания и ощущения, написанные не тобой..Здорово, т.к. душа поет от того, что я не один так мыслю, так проживаю, и мое пространство такое же прекрасное как и рядом живущего . Благодарю. Важно вместе дозревать до своей задуми..
Цитировать
 

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить